Без благополучной зимовки, пасеке не бывать%u2026

Зимовка пчел — один из труднейших вопросов пчеловодной практики. Она уносила много семей, опусто­шая нередко целые пасеки. А сколько их приходило в негодность из-за ослабления? Горсть пчел с маткой не способны были ни к развитию, ни к сбору меда. Кстати, и ныне зимовку пчел считают проблемой номер один, особенно в зонах с холодным климатом, где безоблетный период длится шесть — семь месяцев.

Пасеки Г. П. Кандратьева находились в северной зоне страны и ему приходилось сталкиваться со всеми, сложностями продолжительной зимовки пчел. Он на­блюдал состояние семей, следил за ходом зимовки в раз­ных условиях, опытным путем выяснял причины пло­хой зимовки, отыскивал пути их преодоления, чтобы рассказать о них пчеловодам России. И самим пасеч­никам он советовал без конца наблюдать и изучать жизнь пчел зимой, вникать во все их нужды, в совершенстве знать потребности насекомых.

Большой вклад в разработку этой темы внесли Н. М. Витвицкий и А. М. Бутлеров. Кандратьев многие их положения значительно углубил и развил дальше, основываясь на своем опыте, богатой практике русских пчеловодов и новейших данных современной мировой ли­тературы.

Но, пожалуй, никто из его предшественников не говорил так сильно и веско о решающем влиянии резуль­татов зимовки на продуктивность пчеловодства. Зимов­ка, по словам Г. П. Кандратьева, это самая трудная часть пчеловодства, камень преткновения всех пчелово­дов, наиважнейший вопрос. Такое положение, как он полагал, объяснялось недостаточной теоретической раз­работкой зимнего периода жизни пчел, с одной стороны, и недооценкой зимостойкости этих общественных насекомых, с другой. «Благополучная зимовка,— писал он,— это фундамент всего пчеловодства. Пока у вас не будет уверенности, что все семьи, оставленные в зиму, выйдут живыми, бодрыми, сильными и здоровыми весною, до тех пор всякие затраты, всякие ухищрения и возлагае­мые на будущее надежды останутся в полном смысле сло­ва тщетными. Они разлетятся, как дым, и у пчеловода останется горечь разочарования». Иначе говоря, без благополучной зимовки пасеке не бывать.

Итак, искусство пчеловода, его теоретические и прак­тические познания проверяются зимовкой пчел. «Только тот может называться настоящим пчеловодом,— утвер­ждал Г. П. Кандратьев,— только тот может получать выгоду от пчел и вести пчел рационально, у кого пчелы благополучно зимуют». Как справедливо считал он, хорошая зимовка определяется не только количеством оставшихся в живых семей. Необходимо еще, чтобы пче­лы сохранили свойственную им энергию, активность, остроту реакции, работоспособность, имели к весне достаточное количество молодого расплода, а гнезда ос­тались чистыми, свежими, как среди лета, и в ульях не было бы следов сырости.

«О чем же должны заботиться современные пчелово­ды? - ставил вопрос Г. П. Кандратьев и сам отвечал: - Первое и главнейшее - это то, чтобы пчелы хорошо пере­зимовали».

Тут Кандратьев обращался к первоисточнику - самой природе медоносных пчел. Ведь о том, что пчелы не боятся холода и умеют сохранять себя в жесточайшие зимы, свидетельствует многомиллионная естественная история этих насекомых.

В диком состоянии испокон веков они велись и раз­множались без помощи человека. Факт, что они не ис­чезли с лица Земли, живут и великолепно чувствуют се­бя даже на Севере, говорит о том, что холода для них не опасны. Больше того, выносливость и жизнестойкость их просто поразительны. В этом убеждались натуралисты и почти все практики, наблюдавшие зимовку пчел в са­мых необычных условиях.

Геннадий Петрович не раз вспоминал письмо перм­ского пчеловода, присланное академику А. М. Бутле­рову, которое они вместе читали и обсуждали. «Зима у нас нынче такая, сообщал пчеловод, какой не за­помнят и старики. В течение трех недель холод был не ниже -30°С; бывали дни, когда он доходил до -40°С. При этом дул сильный ветер. Пчелы мои, помещенные в колодных лежаках, зимовали на открытом воздухе, в лесу. Снега было очень мало, и ульи стояли голые. Я со страхом пошел осмотреть их весной, и представьте мою радость и удивление - ни одна семья из пасеки не по­гибла». Значит, холод не губит пчел, они вполне нормаль­но могут зимовать на воле.

Кандратьев сам неоднократно оставлял на зиму на пасеке, в саду, не только среднерусских лесных пчел, привыкших к низким температурам, но и кавказских, и итальянских. Притом зимовали они всегда с отличными результатами, а весной бурно развивались, значитель­но опережая тех, что зимовали в помещении. Опыт бла­гополучной зимовки южных пчел под открытым небом на севере был, пожалуй, одним из первых в истории оте­чественного пчеловодства. В наше время итальянские и серые горные кавказские пчелы великолепно зимуют и превосходно работают в странах с холодным климатом, в частности в Финляндии и в северных штатах США и Канады.

Хорошая зимовка пчел обуславливается, как из­вестно, не одним каким-то фактором, а целым комплек­сом условий. В своих «Беседах» Кандратьев довольно подробно останавливался на этом вопросе.

Пчелы должны иметь на зиму много меда. Это, по его определению, «коренное правило». Если пчелы находятся вблизи обильных и доброкачественных медовых запасов, то они никогда не погибнут. По его расчетам, гораздо надежнее оставлять на зиму пять семей, хорошо снаб­женных медом, чем пятнадцать, которым меда оставлено в обрез. Несоблюдение столь важного принципа приво­дит зачастую к тому, что пчеловод, посвятивший, каза­лось бы, всю жизнь пчеловодству, так и не может завести настоящей пасеки и не получает от нее ни дохода, ни ра­дости.

Расплодное гнездо и все, что в нем находится, Г. П. Кандратьев считал неприкосновенным, никогда не советовал брать из него мед, даже кажущийся лишним, в собственный доход. Этот мед принадлежит пчелам, а не пчеловоду. Нарушение расположения кормовых запасов в улье особенно сказывается зимой, так как становится причиной гибели семьи от голода, хотя в гнезде и оста­ются медовые соты, недоступные клубу пчел. Вольности здесь недопустимы.

В ульях итальянца Дубини Геннадий Петрович ос­тавлял семьи на зиму не в одном корпусе, как советовал изобретатель, а в двух (для Италии с ее теплым климатом и теплыми зимними месяцами одного этажа может быть и достаточно, но для северной зоны России - мало). Значительные запасы меда над гнездом исключали не­благоприятные последствия и гарантировали надежную зимовку. Притом большой объем гнезда не ухудшал, а, наоборот, улучшал условия жизни пчел.

Касаясь расхода корма, Г. П. Кандратьев высказал оригинальную и для многих неожиданную мысль. «Со­вершенно ошибочно полагают, писал он, что в хо­лодные зимы пчелы больше поедают меда, чем в теплые». То же, между прочим, не раз замечали в мягкие зимы и внимательные пчеловоды-практики, но горько распла­чивались те, кто, надеясь на тепло, оставлял пчелам кор­мов в обрез, лишь бы только их хватило до весны. К со­жалению, научного обоснования такого поведения пчел до сих пор не сделано. По его наблюдениям, в холодные зимы пчелы раньше начинают выращивать расплод. Ви­димо, поэтому семьи, зимующие на воле и подверженные воздействию низких температур, быстрее усиливаются весной. Все это лишний раз подтверждает зоркость гла­за Кандратьева-натуралиста и опытника, непреходящую практическую ценность его заключений и выводов.

Как и А. М. Бутлеров, важнейшим условием благо­получной зимовки пчел Геннадий Петрович считал хо­рошую вентиляцию ульев и зимовника. Сырость в гнез­дах, разжижение меда, порча перги и сотов, кишечные болезни пчел - все это, по его мнению, происходило от плохого воздухообмена. Доступ свежего воздуха, безус­ловно, необходим, как необходима и хорошая вентиляция. Он советовал зимой держать летки открытыми на всю ширину, а в ульях с отъемным дном даже вставлять клинышки между полом и корпусом. Например, под ульи Дубини с отъемным дном, в которых семьи зимовали в двух корпусах, он считал «недурно на зимовку поставить... пустой полуящик; это даст возможность семье получить большее количество свежего воздуха». Как видим, Г. П. Кандратьев уже знал о воздушной подушке и ее благотворном влиянии на пчел. Все это было тогда новым, совершенно противоположным тому, что делали пчеловоды, заботившиеся в основном о сохранении тепла и укутывавшие своих пчел.

Зимовник на пасеке Г. П. Кандратьева в Лышницах был оборудован надежной вентиляционной системой и отвечал всем требованиям, предъявляемым к таким помещениям. Температура воздуха в нем держалась на уровне 0°С и в оттепели никогда не поднималась выше 3—4°С тепла. Пчелы находились в полном покое, что тоже немаловажно.

Современные пчеловоды, чьи пчелы зимуют на воле, эталоном считают семью массой 3—3,5 килограмма, снаб­женную 40—45 килограммами корма. Такие семьи идут в зиму в двух или трех корпусах многокорпусного улья или в дадановском улье с кормовой магазинной надстав­кой. При соблюдении всех других условий они надежно зимуют в любых климатических зонах страны и стойко сохраняют свою силу к весне.

«Ученные пчеловоды России», И.А.Шабаршов, Москва,1986г.

<<назад